Амбиции Си усиливают долговую нагрузку Китая и давление на торговых партнеров

что произошло

Как пишет Dow Jones Newswires со ссылкой на материал WSJ Брайана Спигеля, стремление председателя КНР Си Цзиньпина вложить триллионы в превращение Китая в технологическую и военную сверхдержаву сопровождается опасным наращиванием долга. В прошлом году кредит нефинансовому сектору — совокупный показатель заимствований компаний, государства и домохозяйств — превысил 300% ВВП. Это на 60 процентных пунктов больше уровня конца 2019 года и выше аналогичного показателя США. С момента прихода Си к власти в конце 2012 года объем такого кредита увеличился более чем на $43 трлн, согласно Банку международных расчетов.

Значительная часть средств направлялась на заводы и жилые комплексы, для которых не хватало спроса. Это привело к разрушительным ценовым войнам, снижению прибылей и давлению на заработные платы. Многие экономисты не ожидают скорого финансового кризиса: долговой рост в основном финансировался внутренними сбережениями, а не иностранными инвесторами, которые могли бы быстрее вывести капитал. Однако китайская долговая проблема все заметнее влияет на другие страны. Компании, которым необходимо обслуживать обязательства, производят больше автомобилей, солнечных панелей и электроники, чем покупают внутренние потребители. Экспорт этого избытка помог сформировать ежегодный профицит торговли с остальным миром примерно в $1 трлн.

На фоне торговых конфликтов, включая растущее недовольство Европы наплывом китайских электромобилей и других товаров, Пекин, по данным публикации, не демонстрирует готовности менять курс. Особую проблему создают убыточные компании: сокращение нового кредитования может привести к крупным потерям государственных банков. Камилла Булленоа из Rhodium Group считает, что без признания значительных убытков наиболее вероятен сценарий постепенного ухудшения и медленного ослабления финансовой системы. Откладывание решения позволяет Си продолжать финансирование передовых технологий, армии и других стратегических направлений, включая искусственный интеллект, космические технологии и энергетику.

Китайские власти заявляют, что государственный долг находится под контролем, поскольку заимствования центрального правительства в последние годы составляли около 30% ВВП. Но этот показатель не отражает основную часть обязательств на местном уровне. Связанные с регионами финансовые компании за несколько лет накопили триллионы долларов новых долгов, пытаясь поддерживать экономические цели и занятость; многие из них участвовали в девелопменте и пострадали от многолетнего спада на рынке недвижимости. По оценке Международного валютного фонда, совокупный госдолг с учетом официальных местных заимствований и обязательств таких компаний достиг 127% ВВП в прошлом году против 98% в 2020 году. Корпоративный долг, по данным McKinsey, был вдвое выше среднемирового уровня относительно ВВП. Дешевый кредит остается важным фактором: к концу прошлого года более половины новых займов компаниям выдавалось по ставкам не выше базовой ставки для лучших корпоративных заемщиков, а средняя ставка для публичных производственных компаний составляла около 2,4% в прошлом году. Решение проблемы потребовало бы смены стратегии роста — от инвестиций в основные фонды и экспорта к стимулированию потребления домохозяйств. В 2024 году оно составляло 40% ВВП Китая против почти 70% в США, согласно Всемирному банку. Рост ВВП КНР во втором квартале составил 4,3% год к году, минимум более чем за три года, причем значительная часть прироста пришлась на экспорт. Джейкоб Гунтер из Mercator Institute for China Studies заявил, что система приближается к своим ограничениям: местные власти поддерживают убыточные компании, у которых при этом нет прибыли для налогообложения.

почему это важно

Наращивание долга одновременно поддерживает инвестиции Китая и усиливает экспортное давление на внешние рынки. Для инвесторов это означает сохраняющийся конфликт между стратегическими расходами Пекина, слабым внутренним спросом и рисками для банков и региональных финансов.

инструменты